Текст песни Ольга Князева - Твой Мишель
- Исполнитель: Ольга Князева
- Название песни: Твой Мишель
- Дата добавления: 05.04.2026 | 10:14:02
- Просмотров: 2
- 0 чел. считают текст песни верным
- 0 чел. считают текст песни неверным
Текст песни
С ленинградского фронта на банковский столТреугольными судьбами без адресата
Ссыпят письма солдат
Выльют слезы солдатские
Одиночество в общий котел
Их прочтут. Им ответят. Прижмут к груди
Каждый станет братом, отцом или сыном
А кому-то любимым
Горячо любимым
«Я дождусь, только ты победи»
Ей семнадцать, за окнами взрывы слышны
Мать-и-мачеха станет блокадным златом
Рвет руками ватными
Но война проклятая
Не отнимет девичьи сны
А весна не носит военных одежд
Лепестки черемухи лягут в пепел
Незнакомых песен
Влюбленный лепет
Разжигает костры надежды
Он ей пишет: «Клавдия, ангел мой
Я под тяжестью черного злого дула
Не стою сутуло
Сводит верой скулы
С твоим именем в каждый бой»
А она отвечает: «У нас темно,
От электростанции стены крашенные
"Светлячком" не страшно
Из "крестов" нам машут
Взрывом кинуло на слуховое окно
Удержалась, только разбито лицо
Заживет. Скоро в Выборгском будет Утёсов
Я вплетаю в косы
Слов твоих россыпи
Из травинки на пальце твое кольцо»
На открытке с тюльпанами ранят в ответ
Строки полные чувства точно в мишень
«Я целую в шею
Расцветай. Твой Мишель»
На французский манер, их секрет
В Ленинграде голодном сажают лук
Селектор трещит о новых бомбежках
Ну а ей немножко
Как влюбленной кошке
Теплее от ласковых букв
Почтальон рано утром принес конверт
Белый-белый с черным клочком как уголь
Задрожали губы
Закричали губы
«Михаила настигла смерть»
Не увидеть его. Не уткнуться в шинель
И спустя столько лет лишь цветут тюльпаны
На открытке. Так рано
Ушедшего парня
На французский манер: «Твой Мишель».
Перевод песни
From the Leningrad Front to the banker’s desk—Like triangular fates without an addressee—
Soldiers’ letters come pouring down;
Soldiers’ tears are spilled out;
And loneliness is cast into the common pot.
They will be read. They will be answered. They will be pressed to the heart.
Each writer becomes a brother, a father, or a son—
And to someone, a beloved—
A dearly beloved one—
"I will wait for you; just promise to win."
She is seventeen; explosions rumble outside her window.
Coltsfoot blossoms become the gold of the Siege—
She plucks them with hands gone numb and cotton-soft—
But the accursed war—
It cannot steal away a young girl’s dreams.
And Spring wears no military uniform;
Bird-cherry petals settle into the ash—
Amidst the ash of unfamiliar songs—
The tender babble of lovers—
Kindles the bonfires of hope.
He writes to her: "Klavdia, my angel—
Beneath the weight of a black, malevolent gun barrel—
I do not stand stooped or broken;
My jaw clenches tight with faith—
And with your name, I charge into every fight."
And she replies: "It is dark here now—
The walls are painted black against the power station’s glow.
With my little 'firefly' lamp, I feel no fear;
From the 'Crosses' prison, people wave to us.
An explosion hurled me against the attic window—
I held on, though my face was cut and bruised.
It will heal. Soon, Utyosov will be performing in the Vyborg District.
I weave into my braids—
The scattered gems of your words—
And on my finger, a ring made from a blade of grass."
On a postcard adorned with tulips, she strikes back—
With lines brimming with feeling, hitting the mark dead-on:
"I kiss you on the neck—
Bloom." "Yours, Michel"
In the French style—that is their secret.
In starving Leningrad, they plant onions;
The loudspeaker crackles with news of fresh bombings.
But for her, just a little—
Like a cat in love—
It feels warmer thanks to affectionate words.
Early in the morning, the postman brought an envelope—
Pure white, save for a scrap of black, black as coal.
Her lips began to tremble;
Her lips cried out:
"Death has claimed Mikhail."
She will never see him again. Never bury her face in his greatcoat.
And now, so many years later, only tulips bloom...
On a postcard. From the young man
Who departed so soon—
In the French style: "Yours, Michel."