Текст песни Henry Lion Oldie, Олег Ладыженский feat. Сергей Кондратьев - Касыда противоречий
- Исполнитель: Henry Lion Oldie, Олег Ладыженский feat. Сергей Кондратьев
- Название песни: Касыда противоречий
- Дата добавления: 12.02.2026 | 06:52:03
- Просмотров: 2
- 0 чел. считают текст песни верным
- 0 чел. считают текст песни неверным
Текст песни
Ноет тело, ломит кости, и брюзжу по-стариковски:Вместо спелой абрикоски — гниль повидла.
Змий зеленый ест печенку, ловкий черт увел девчонку,
И дает девчонка черту... Аж завидно.
По стране беднеет волость, на стерне желтеет колос,
И в ноздре колючий волос — вместо свиста.
Клонит в сон на шумном бале, гороскопы задолбали,
Мне бы бабу, но до баб ли?! — это свинство.
Зачерствело, скисло тесто, в тексте глухо без подтекста,
На вопрос ответишь честно — бьют по роже.
Плоски выдумки у голи, скучен хмель у алкоголя,
Гой ли, генерал де Голль ли, — век наш прожит.
А у века в бронзе веки: ""Поднимите, человеки!
Если гляну, так навеки быть вам прахом!..""
На горе ""Червона Рута"" отпевает Хому Брута:
""Это круто! Ох, как круто! Свистнем раком?..""
Шито-крыто, жирно-сыто... Что брюзжишь, моя касыда?
Ох, достану до косы-то! Намотаю,
Об колено головою! — воешь, падла? ""Нет, не вою!""
Был один, а стало двое. Значит, стая.
Значит, снова за добычей, львиным рыком, кровью бычьей,
Из тоски отраву вычел,— что осталось?
Что, усталость? Отлеталась? Рухлядь медный дядька Талос,
А у нас хребет и фаллос — звонкой сталью-с!
Черту вместо петли — чётки, ни к чему чертям девчонки,
Спросим: ""Деточка, почем ты? Хочешь песню?!
Хочешь слово? Хочешь снова? Черт не старый, я не новый,
Но завидная основа — поднебесье!
Мы на облаке с тобою, да с касыдой, да с любовью,
Да с проказницей любою в ритме вальса,
Да с рассвета до обеда: сальто, фляки и курбеты...
Эй, забытый гром победы! Раздавайся!
Раздевайся!
Перевод песни
My body aches, my bones ache, and I grumble like an old man:Instead of a ripe apricot—rotten jam.
A green serpent eats the liver, a clever devil stole the girl,
And the girl gives it to the devil... It's almost envious.
Across the country, the volost is growing poor, the stubble is turning yellow,
And a prickly hair in my nostril—instead of a whistle.
I'm getting sleepy at a noisy ball, horoscopes are tiring,
I'd like a woman, but who cares about women?!—that's disgusting.
The dough has become stale, sour, the text is dull, without subtext,
If you answer a question honestly, they punch you in the face.
The filthiness of the poor is shallow, the intoxication of alcohol is dull,
Whether a goy or General de Gaulle—our century is over.
And the age has bronze eyelids: "Lift up, men!
If I look, you will be dust forever!.."
On the mountain "Chervona Ruta" sings the funeral rites for Khoma Brut:
"This is awesome! Oh, how awesome! Shall we whistle like crabs?.."
All sewn up, all fat and well-fed... What are you grumbling about, my kasida?
Oh, I'll reach for my scythe! I'll wrap it around you,
Throw your head against my knee! — howling, you bastard? "No, I'm not howling!"
There was one, and now there are two. So, a pack.
So, again for prey, a lion's roar, a bull's blood,
You've subtracted the poison from melancholy—what's left?
What, fatigue? Has it flown away? Uncle Talos is a copper junk,
But our spine and phallus are like ringing steel, sir!
The devil has a rosary instead of a noose; the devil has no use for girls.
We'll ask: "Baby, how much are you? Do you want a song?
Do you want a word? Do you want it again? The devil is not old, I'm not new,
But the sky is an enviable foundation!
We are on a cloud with you, and with a kasida, and with love,
And with my mischievous darling, in the rhythm of a waltz,
And from dawn until lunch: somersaults, flips, and courbettes...
Hey, forgotten thunder of victory! Resound!
Undress!